О сайте

Всем доброго времени суток! Я, Вячеслав Юрьевич, или просто В.Ю. приглашаю Вас в свой блог. Почему блог так называется? Я дедушка и, как все деды, люблю поговорить о былом и поучить молодёжь. Читайте мои посты с советами обо всём, а особенно о здоровье.
До новых встреч!

воскресенье, 12 февраля 2012 г.

Коммуналка.


                             Сосед.

- Ты не можешь, есть помедленнее?
- Мам, я  и так медленно ем, вот все уже поели, а я только доедаю! А чего случилось?
- Я просто устала, просто хочется посидеть, отдохнуть. А давай я тебе подложу добавку.
- Я это никак доесть не могу, да ладно уж, клади.
Медленно жую картофельное пюре. Программа «Время» меня вовсе не интересует, как и отца, он вышел покурить, вернётся теперь к спортивным новостям. Раньше срока возвели комбинат, построили мост на БАМе, напахали пашен, надоили коров, - зачем мне это знать? Мама, действительно выглядит уставшей, уставилась в одну точку, взгляд отрешенный. Вылинявшая водолазка, обтягивающая все неровности, мне не нравится. Наверно очередная проблема на работе. Мама работает в овощном магазине продавцом. Белый халатик, белая пилотка на голове, красивая улыбка, она нравится не только мне, но и покупателям. «Верочка! Я как увижу твою улыбку, у меня прямо вырастают крылья» - сказала как-то знаменитая артистка театра и кино. Сейчас не до улыбки, мысли ещё на работе, сегодня последний день смены, отчёт, возможно, не всё гладко. Мне бы эти проблемы, они хоть за них деньги получают. Вот задача не решена, - это проблема, не буду пока никому говорить, может, удастся списать, а то получится как в прошлый раз, раз, целую сессию на кухне устроили, ответ всё равно ни у кого не сошёлся. По телевизору пошли зарубежные новости, два вьетнамца, похожие на школьников, быстро крутят ручку зенитной установки, вращаясь по кругу,  стреляют, похоже, по самолёту. Митинги, забастовки, безработица, - чего людям не живётся. Толи дело у нас, всё хорошо, всё спокойно. В подтверждении с кухни раздаётся смех, Это я знаю, что так смеётся соседка Валя, для человека несведущего это будет похоже на крик лесной птицы, нарастающий высокий тон резко обрывается, затем идут повторы. Такая методика смеха возможно необходима, чтобы не образовывались морщины. Она тщательно следит за собой, но родители почему-то называют её старой девой. Хотя она не старая совсем, ей чуть больше тридцати лет, это потом я узнаю, что если девушка не вышла замуж до 30, значит она дева. Мать оживает, начинает складывать стопкой грязную посуду.
 - Чего так медленно ешь.
 - Ну вот, то быстро, то медленно?
Не дождавшись меня, с грязной посудой убегает на кухню. Я быстро очищаю свою тарелку, практически иду следом. Как только появляюсь на обществе, всё сразу стихает, все взоры уставлены на меня, не вовремя появился. А так хочется послушать, о чём говорят взрослые, лучшего рассказчика, чем наш сосед Юрка нет. Это он сейчас в центре внимания, красиво сидит на старом стуле, рядом с большой китайской розой, положив ногу на ногу, во рту папироса, с улыбочкой посматривает на меня. Только ему разрешается курить на кухне. Мне нравится его техника рассказа. Он работает шофером, водит грузовик, вечером его редко можно застать трезвым, в компании своих работяг, он не многословен, там свой жаргон. Перед получкой или зарплатой у него светлые дни, вот тогда-то все соседи любят послушать его на кухне. Рассказывает он очень медленно, с трудом подбирая нужные слова, ещё бы ведь две соседки, про Валю я уже сказал, а вторая, её старшая сестра Галя, имеют высшее образование, да если мне ещё разрешат остаться. От такого медленного расклада, любая история приобретает заколдованный, таинственный смысл. «Ну, дальше то, дальше то, что было?»  - торопят его соседи. Он медленно осматривает окружающих, делает глубокую затяжку, губы вытягиваются в трубочку и из них начинают выходить кольца дыма. Я то знаю, что пока все с удивлением рассматривают его дымные фигурки, он в этот момент занят неимоверно тяжёлой работой, подбором нужных слов, для окончания своего рассказа. Описать его внешность очень легко, возьмите любой журнал «Крокодил» того времени, найдите рисунок молодого парня с длинными волосами с кружкой пива в одной руке и с сигареткой в другой, и обязательно должны быть кольца дыма, - знайте это наш сосед. Немного позже я застал Юру на кухне наголо постриженным, а тётя Валя посоветовала ему показать мне свою ногу, так сказать на бис, и когда он задрал штанину, я увидел большую синюю печать, в виде номера, и вздрогнул от крика ночной птицы. Потом разговор свёлся про крупный рогатый скот, про фермеров, которые вынуждены клеймить своих животных с помощью раскалённого металла. «Тебе ежё повезло, что не женат, и нет рогов, а то прижгли раскалённым железом, мало не показалось» - говорила тогда ему соседка, Потом они обсуждали прическу, и пришли к выводу, что короткая стрижка ему подходит больше. Так я и запомнил его по жизни с короткой стрижкой, но не могу сказать точно, толи он чаще стал попадать в вытрезвитель, толи действительно хотел понравиться женщинам, и по возможности сам приводил себя в порядок. Из всех его рассказов мне запомнился только один, когда он, наворовав яблок в колхозном саду, удирал от сторожа, и переплывая речку, чуть не утонул, потому, что запутался в лилиях. Но рассказ не был  интересен, если бы неизвестно откуда появилась рука и вытащила его из воды за волосы. Правда образованная тётя Галя сказала, что он просто наглотался, и ему померещилось. Но самое интересное то, что я тоже чуть не утонул в лилиях. Поплыл на другой берег реки за этими цветами, стал выдёргивать стебель, но оторвать не получилось, и натянутый как резинка шнурок потянул меня за собой, воткнув мои ноги в мягкий ил дна. Попробовал оттолкнуться от дна, но ноги ещё сильнее всосались в мягкую массу, взмахнул руками, и шнурки стеблей закрутились вокруг рук, затягивая на дно. Мама мне говорила, что в любых ситуациях главное не паниковать, не тратить понапрасну силу, обдумать ситуацию. Хорошо, что воздуха успел набрать перед погружением, в любом случае всплыву, но времени всего одна минута осталась. Работая одними ладонями, выравниваю вертикальное положение, медленно вытягиваю одну ногу из мякоти, делаю резкий взмах руками, вторая нога освободилась, голова, наконец, выскочила на поверхность. Тяжело дышу, работая только ладонями, поворачиваюсь на спину, поддерживая себя на поверхности воды, теперь можно спокойно подумать, Осталось освободиться от шнурков, они оплели и руки и ноги. Со стороны может показаться, что я заплыл в цветочки и отдыхаю там, на самом деле, я перепиливал ногтями и ломал пальцами противные ростки, которые просто касались меня, кое-как отчалил от цветущей полянки.
 Однако я ухожу от главного, ведь я решил рассказать про соседа. Все соседи, включая моих родителей, охарактеризовали его как отрицательный элемент. Он пил, ругался со своей матерью, бабой Дусей, заливал туалет, раз даже перепутал унитаз с газовой плитой, мама вовремя догадалась, что он не туда лезет, обошлось. Утром ходил как зомби, просил в займы денег, извинялся, за причинённые вечером неудобства, почему-то называл маму Вероникой.
 А однажды пришёл с женщиной, и его комната погрузилась в полную тишину, ни музыки, ни разговоров, ни звона посуды, ничего не было слышно. Бдительность решила проявить тётя Валя, она заглянула в их комнату, - почему они не закрыли дверь на щеколду, - и стала звать на помощь всех соседей, я тоже выбежал в коридор, мне было интересно узнать, какими запрещёнными делами они занимаются. Все хором успокаивали соседку, говорили, что это не её дело, что не надо вмешиваться в чужие дела и так далее. Казалось положение урегулировано, и все стали расходиться по комнатам. Однако тётя Валя решила довести дело до конца, она набрала в ванной полное ведро холодной воды, без всякого стеснения зашла в чужую комнату, и ливанула из ведра на сплетённые голые тела, как я потом узнал. Но и этого оказалось недостаточно. Когда смущенные молодые люди стали покидать отсыревший домашний очаг, возмущённая соседка накинулась на Юрку с табуреткой, довольно модной для того времени, три металлические ножки с сидением в виде скруглённого треугольника, старалась попасть этим сидением ему по голове. Бедняга мужественно оборонялся, отец выбежал ему на помощь и с трудом отнял орудие наказания. Сосед, воспользовавшись моментом, успел добежать до двери на выход, замешкался с замками, повторно был застигнут, в ход уже пошёл дамский сапог. На помощь подоспела моя мама: «Это мои сапоги, они денег стоят, у тебя свои есть, вот ими и махай». Не знаю, забыл спросить, кого или чего она пожалела, думаю, была на стороне пострадавшего.  Если не соседка, и не знал бы ничего, ведь в союзе ЭТОго не было. Чего было потом, не буду рассказывать, это не самое главное.
  Перейду к главному. Почему я решил рассказать про этого шофёра, работягу, выпивоху, хулигана, развратника? Потому, что всего один эпизод за всю жизнь в коммуналке запал в моей памяти, и свёл на нет все отрицательные черты в этом человеке.
 Дом, в котором я жил выходил на правительственную трассу, Ленинский проспект. Прожил я в нём два садовских года и 10 школьных лет. С близкого расстояния видел Гагарина и Терешкову в окружении мотоциклетного эскорта, махал красными флажками, радовался за страну. Дом и сейчас стоит на том же месте, ни капельки не изменился, только вместо булочной теперь банк, а вместо гирлянды меняющих строк
 Союз печать
Газета – нового разведчик,
Журнал учитель и советчик,
Пусть в каждом доме
Стар и мал прочтёт
Газету и журнал.
  Скромная реклама –«Бутик мужского белья». В те далёкие времена жизнь в доме шла по синусоиде, соседи то ругались, то мирились, или жили по принципу мирного сосуществования. Больше всего доставалось бабе Дусе, почему-то она всем мешала. Пенсионерка, вдова, весь день проводила на лавочке у подъезда, сплетничала, как отзывались о ней соседи, а вечером, когда все приходили с работы, занимала ванную комнату для своих постирушек, или начинала неистово готовить на всю неделю, наполняя кухню приятным ароматом жареного. В дальнейшем, когда она ушла к сожителю, буквально через несколько лет, вернулась, похоронив его, – две соседки в порыве ругани стали приписывать ей ежё и смерть её мужиков. Я тогда не знал, что такое возможно. Мне было жалко бабу Дусю, добрую и телом и лицом с гладкими волосами и маленьким носом.
 - Я не убивала никого! Что Вы наговариваете на меня!
 -А что ты им готовила? Жареный жир! Жареные обрезки! Да от такой пищи сосуды закупориваются!
 - Я их кормила хорошо, вкусно, им нравилось, как я готовлю!
 - Да ты их просто отравила своей едой!
Только когда я подрос, то узнал, что такое возможно, образованные соседки оказались правы. Оказывается, что только когда человек заболеет серьезно каким-нибудь сосудистым заболеванием, будь то инфаркт или инсульт, то только тогда от врачей узнает, что питался неправильно, неправильно готовил пищу, а от некоторых продуктов вообще необходимо было отказаться после определённого возраста. Откуда всё это знали умные сёстры в те далёкие годы? У бабы Дуси образования не было, а поэтому она не виновата, она хотела как лучше. У Дарьи Донцовой даже есть персонаж, молодая женщина, способная «вкусно» готовить, чтобы пожилой суженый скоропостижно освободил квартиру по наследству, уйдя в мир иной. Наша бабуля об этом и не думала вовсе, в те времена квартиры распределяло государство.
Продолжая линию соседок, как человек получивший образование, хочу предостеречь Вас дорогие мои, - питайтесь правильно! Если Вам за 30, откажитесь от сливочного масла, молока, срезайте с любого мяса весь жир и выбрасывайте его. Не снимайте пенки с бульона, сливайте закипевшую воду, а мясо перекладывайте в чистую кипящую воду. Ограничьте себя яйцами, не более двух в неделю, меньше жарьте, больше потребляйте овощей и фруктов. А 50 граммов водки в день или 200 грамм вина для профилактики не помешают.
 Но ругались не только соседи, но и мои родители, толи для жизненного разнообразия, толи от чрезмерно выпитого спиртного, чтобы изменить это однообразие. Я терпеть не мог, когда они начинали ругаться, заливался слезами, громко ревел, бесполезно, я только мешал им выяснять, таким образом, отношения. Ругань всегда заканчивалась однообразно, кучей разбитой посуды и поломанной мебелью, правда не закончилась для меня, а возможно осталась на кончиках трясущихся пальцев. Я всегда был на стороне слабого звена, однако в процессе своего роста пришёл к выводу, что был не прав. Я сейчас не буду рассказывать Вам кто прав, а кто виноват, пусть это останется тайной, как говорится, дело семейное. Но очень хочется попросить всех взрослых родителей – никогда не выясняйте свои отношения в присутствии детей, они очень чувствительны к вашей энергетике, всё понимают и переживают за Вас.
 Итак, в самый разгар ругани, когда мой плач уже походил на истерику, в дверь постучались.
  -  Кто! Чего надо?
  - А можно хлебушка, пожалуйста.
  -Какой ещё хлеб, видишь не до тебя!
  -Нужен кусочек чёрного.
  - Ну, ты же видишь, что тут не до тебя!
В приоткрытую дверь была просунута только лысая, точнее стриженная наголо голова, смотрела в потолок, проявляя чувство интеллигентности, и не хотела сдаваться. Я даже перестал плакать и только всхлипывал.
   -Уже поздно и булочная закрыта, я врач мне сказал, что после операции перед сном надо обязательно съесть кусочек….
  - Возьми на кухне батон и отвяжись только!
 - Нет, я чужое не могу взять, да и батон весь мне не нужен.
Я смотрел то на родителей, то на бритую голову, и заметил, что напряжение на лицах ругающихся проходит, а сам я готов был рассмеяться, но, сохраняя серьёзность момента, увеличил интервал между всхлипываниями. Голова опять стала рассказывать про язву, о проблемах пищеварения, казалось, она перепутала нашу комнату с кухней, причём такое неудобное положение ей никак не мешало.
  - … неужели Вам трудно дать мне кусочек хлеба, просто взять и отрезать кусочек чёрного, я ведь не батон прошу, а я Вам потом целый  куплю.
  - Да отвяжись, ты, наконец! Кто-нибудь в этом доме накормит его хлебом.
  - Нет, мне нужен только кусочек!
Голова в этом ранге выиграла. Все, кроме меня, пошли на кухню кормить соседа хлебом.
Когда вернулись, совсем забыли про ругань, тихо посмеивались над соседом: «Ну, надо же какой настырный, вынь ему да положи, и ведь не отстанет». Было поздно, булочные закрыты и я мирно засыпал, вот если бы не Юрка, чем тогда всё закончилось бы? Уходя в сон, вспоминал, как красиво разбились об стенку по очереди две высокие китайские вазы, прямо как настоящие гранаты. Помню я тогда, ну после того, как они уже помирились, спросил маму: «Зачем он их кокнул?». «Да они просто ему не нравились, безвкусица, какая то, а вот хрусталь жалко, такой уже не купишь», - ответила мама.
Прошло много лет, а я всё вспоминаю этот эпизод из своего детства, и всё думаю, вот ведь какой простой человечек, а какой психолог, интеллигент, ну ничего плохого о нём не помню.


Жженый сахар.

 Колючий шарф стягивает горло, лежать совсем надоело. Опять заболел, совсем не вовремя. Проглатываю таблетку, подхожу к окну. Во дворе уже собрались пацаны. В моде новая игра «трамплин». Сам трамплин уменьшен до размера сугроба. Лыжи из полоски оргстекла, загнутого на огне. Лыжник – кусок пластилина, больше напоминает сосиску или сардельку. Причём цвет и форма не имеет значения, здесь важен его вес и наклон туловища. Вместо оценок за артистичность и мастерство – возгласы: здорово, классно, отлично, вот это да, лучше и так далее. Пластилиновая сосиска с ускорением скользит половину сугроба, взлетает на бугорке, но самым захватывающим является момент приземления. Здесь главное не упасть на бок или перевернуться, важно, чтобы лыжа ровно легла на колею, продолжая своё движение. Через двойные стёкла до меня доносятся возгласы, имитирующие оценки. Мой лыжник вне игры, он тоже расстроен. Я беру в руки бесформенную массу пластилина, и из неё незаметно вырастают уши, похожие на слоновьи, несколько движений пальцев и готов носик как у Буратино, ногтем делаю рот, а из двух карандашных точек  - глаза. Может, кто и оценит артистичность. Но на душе легче не становится, хочется поскорее выздороветь и бежать на улицу, присоединиться к игре.
 Как всё хорошо начиналось! Петя первым узнал, что ботаники не будет. Это можно было уже догадаться по топоту ног по лестнице. Так бежать по ступенькам, как он не сможет никто, даже не пытайтесь, сломаете себе шею. Представьте себе упитанного школьника, с грохотом семенящего вниз по ступенькам лестницы, нагнув туловище вниз, параллельно перилам, с треснутыми стёклами очков, трясущихся на кончике носа, одной рукой держащегося за перила, а другой рукой с портфелем, описывающей круги в вертикальной плоскости. Он увлекался историей древнего мира, и возможно, таким образом, изображал колесницу. Просто не могу себе представить, что было бы, окажись кто на его пути. Вращающийся по кругу портфель создавал равновесие, при развороте на площадке лестницы, круг с портфелем из вертикального превращался в горизонтальный. Он так сильно был увлечен спуском, что не заметил нас, пролетел мимо со словами: «Ботаничка заболела! Ура! Домой!». На всякий случай мы отошли в сторону, чтобы не быть сбитыми. Идти домой с одного урока не было смысла, наш дом отстоял  дальше от школы, чем Петин. Но пыль, поднятая колесницей, заставила нас покинуть учебное заведение, пусть и на короткое время. Воздух свободы ценится лучше. Я, Валерка, Толик, Сашка, Ромка, Серёга, - все из одного двора. Побросали портфели на первом этаже, рванули на улицу. Крик уборщицы, тёти Клавы: «Оделись бы, ироды!» - нас ни как не мог остановить, потому что именно там творилось что-то непонятное. Решили просто посмотреть, что там происходит, и вернуться, дело то, в одно касание. Улица, с остановившимися машинами, что рядом со школой, называлась, да и сейчас называется Ленинским проспектом. Это сейчас никого не удивят автомобильные пробки, а лет сорок назад, это было диковинкой. Конечно, было интересно узнать причину остановки транспортного потока. Причина оказалась простой, небольшой подъем, около магазина «Дом фарфора», в сторону аэропорта Внуково и до блеска скользкий ледяной асфальт. Машины беспомощно стоят на месте, вращая задними колёсами, в плотном потоке безнадёжно зажата скорая, с мерцающей мигалкой на крыше. Вспомнил, как отцу вызвали скорую, когда его скрутило, приехала быстро, может и сейчас в ней кто то нуждается. Почувствовал, что не только мой взгляд устремлён в сторону мерцающего фонаря. Из оцепенения нас вывел женский голос из головной машины такси: « На самолёт опаздываю». В приоткрытое окошко я увидел женщину, лицо полное отчаяния, внезапно сильно исказилось, готовое заплакать. «А что, поможем барышне взлететь!» - закричал Валерка, и кинулся толкать жужжащую колёсами легковушку. Мы последовали его примеру, и такси сдвинувшись с места, поползло на горку. Когда подъём был преодолён, и наша помощь уже была не нужна, машина уже сама могла ползти дальше, мы услышали крик: «Подождите!» Валерка был расторопнее нас, возвращаясь от такси, с многозначительным видом показал в разжатом кулаке смятый рубль: «Шикует же стюардесса». Разогретые мы носились от машины к машине, слышали одобряющие возгласы от шофёров и пассажиров, такая работа согревала, холод совершенно не чувствовался, приятно было чувствовать необходимость таких дел, ведь так скоро и дойдёт очередь до скорой помощи.  Вот и моргающий фонарь, включив сирену, помчался по вызову. Ледовая операция закончилась на уборочной, песочной - раскидывающей машине. Проспект ожил, пришел в движение. У дверей школы Валерка потряс сложенными кулаками: «После уроков, айда мороженное есть!», услышали мы на фоне позвякивающих монет.
Поскорее бы выздороветь. Бестолковые таблетки совсем не помогают. А ведь от кашля раньше помогал жженый сахар! Как я про него забыл! И родители тоже забыли про него. Надо скорее прекращать болеть и на улицу. С такими мыслями двигаюсь на кухню. Странно, почему соседки Вали до сих пор нет? Ведь сегодня её день, то есть у неё выходной посреди недели, она не работает, обычно,  что-то тщательно готовит себе в этот день на обед. Например, когда она готовит себе суп из куриного крылышка, то кухня больше напоминает операционную. Белые накрахмаленные полотенца, раскрытый маникюрный набор для эпиляции мельчайших пёрышек, стерильная посуда напоминает химическую лабораторию. Правда, когда отец в свой день ставил самогонный аппарат, взятый на прокат, из самой настоящей химической лаборатории, вот тогда кухня выглядела куда эффектней. Это был не простой аппарат как  для приготовления дистиллированной воды. Это было самое настоящее чудо техники, чудо стеклонадувательства. К обычному дистиллятору были приделаны разнообразные колбочки, змейки, шарики, пробирки для  ловли всяких там ненужных масел, паров, и других выбросов ненужных веществ. Вот когда, наверно, получался самый лучший в мире спирт и самый дешевый. Но такой аппарат и день не всегда папе доставались и тогда спирт добывали прямо в комнате, между спинкой дивана и буфета, с помощью электроплитки, кастрюли и тазика с водой. Такой несовершенный аппарат издавал неприятные запахи и нас всё же сдали соседи. В самый разгар обеда, когда я подносил ко рту ложку с борщом, запах которого смешивался с запахом готовившегося самогона, в дверь неожиданно постучали, и на пороге комнаты возникла общественница. Это женщина во всём чёрном, включая, берет, но с красной повязкой на рукаве. Во дворе её все боялись, старались держаться от неё подальше. Она лезла во все наши  дела. То не так играем, не на той площадке, то громко кричим, мнем газон и так далее.
 - Поступила информация, что Вы готовите самогон.
 - Мало чего Вам про нас могут наговорить, лучше садитесь с нами отобедайте. Такой борщ хороший получился.
Я уже умел скрывать двойки от родителей. Сделать удивлённое лицо, расширить глаза и продолжать хлебать, как будто ничего не произошло, пара пустяков. Если бы она сделала хоть шаг вперёд, она бы во всём разобралась, но она стояла как вкопанная, извинилась и закрыла за собой дверь.
Сковородка, на которой было принято готовить сахар, папа тоже её использовал, чтобы подкрасить самогон, была занята моим обедом. В посуде я тогда плохо разбирался, поэтому, не думая, поставил на огонь свободную алюминиевую миску, металлическая, чего ей будет. Процесс приготовления жжёного сахара все знают, грузить не буду. Отлучился с кухни на короткое время, вернулся и о, ужас! Миска была живая! От температуры она меняла свою форму, хотела быть похожей на конфорку. Новая форма дна, с ещё нерасплавленным содержимым, напоминающую смеющуюся рожицу, оседало всё ниже….. Я быстро выключил газ, включил холодную воду и кинул скворчащую посудину в раковину под струю воды. Такого сильного пара, заполонившую всю кухню я ещё никогда не видел. Открыл окошко, чтобы проветрилось и ретировался с кухни, расстроенный тем, что остался без лекарства, да и с миской, что то надо делать, попадёт, наверное. Дёрнуло же меня заболеть, сидел бы на уроках, ничего бы и не случилось. Не успел я перебрать в голове варианты отчёта перед родителями об испорченной посудине, как мои мысли прервал крик. Дело в том, что комната соседки Вали была напротив кухни, а кухонная дверь  стеклянная. Так вот выходит, значит, соседка и видит перед собой не стеклянную прозрачную дверь, а матовую. Такого крика Вам уже никогда не услышать, я даже не смогу его описать. Скажу только, что крик врача из кинофильма «Добро пожаловать или посторонним вход воспрещен», изображающий вой сирены был скромнее. Здесь всё было натурально, по настоящему, без спецэффектов. Конечно, я выбежал на крик, я тоже сильно испугался, думал, случилось что? Соседка застыла с открытым ртом, с расширенными глазами, прижавшись к стене, медленно оседая, тыча пальцами в матовую дверь, наконец, то издала  членораздельное громкое: «Горим!». Зря я ей тогда объяснял, что это не пожар, а испорченная миска, что это не дым, а пар. Бесполезно. Теперь отчёт пройдет в присутствии свидетеля. Интересно, чью сторону примут родители. Ведь объяснял я ей раньше, что головные телефоны, которые она использует на работе, исполняя роль переводчика, никак не могут повлиять на голову, создавая в ней текущие токи. Объяснял, показывал устройство телефона, доказывал, что на этих частотах нет излучения, что токи текут только по проводам….
 Не поверила, сменила работу, - теперь она книжный продавец.
 Как ни странно, но родители были на моей стороне. Я вообще замечал, когда болел, меня не сильно ругали. В тот вечер я специально старался сильно кашлять, и мне  даже приготовили жженый сахар. Но до конца мне так и не поверили, по крайней мере, мама не поверила. Спустя нескольких дней она купила новую миску и попросила меня повторить эксперимент со старой посудиной, всё равно её пора выбросить. Ей было интересно узнать, чего так сильно испугалась соседка. Я всё в точности повторил, только без сахара, чего переводить продукт.
 - Окно не открывай, а то соседи из соседнего дома пожарников вызовут!
 Она, в это время, в тумане включала все газовые конфорки, чтобы высушить воздух кухни. Хорошо ещё соседей дома не было.

Комментариев нет:

Отправить комментарий